— Никому из сотрудников вы бы не позволили себе швырнуть в физиономию букетом. Неужели вы ко мне неравнодушны? — Ещё одно слово, и я запущу в вас графином! — Если вы сделаете графином, значит, Вы действительно меня… того-этого…

— Никому из сотрудников вы бы не позволили себе швырнуть в физиономию букетом. Неужели вы ко мне неравнодушны? — Ещё одно слово, и я запущу в вас графином! — Если вы сделаете графином, значит, Вы действительно меня… того-этого…

— Никому из сотрудников вы бы не позволили себе швырнуть в физиономию букетом. Неужели вы ко мне неравнодушны? — Ещё одно слово, и я запущу в вас графином! — Если вы сделаете графином, значит, Вы действительно меня… того-этого…

Она в принципе не знает, что на свете есть дети. Она уверена, что люди появляются на свет взрослыми согласно штатному расписанию, с должностью и окладом.

Она в принципе не знает, что на свете есть дети. Она уверена, что люди появляются на свет взрослыми согласно штатному расписанию, с должностью и окладом.

Я так взволнована вашим признанием… <…> Я вся в работе. Жизнь моя уже как-то устоялась, сложилась. Я «старый холостяк», я привыкла командовать. Я очень вспыльчива и могу испортить жизнь любому, даже очень симпатичному. Но это… Дело даже не в этом… А в том, что… я вам не верю.

Я так взволнована вашим признанием… <…> Я вся в работе. Жизнь моя уже как-то устоялась, сложилась. Я «старый холостяк», я привыкла командовать. Я очень вспыльчива и могу испортить жизнь любому, даже очень симпатичному. Но это… Дело даже не в этом… А в том, что… я вам не верю.

— Вы утверждали, что я чёрствая! — Почему? Мягкая! — Бесчеловечная! — Человечная! — Бессердечная! — Сердечная! — Сухая! — Мокрая!

— Вы утверждали, что я чёрствая! — Почему? Мягкая! — Бесчеловечная! — Человечная! — Бессердечная! — Сердечная! — Сухая! — Мокрая!

— Стихи хорошие, но прочли вы их скверно. — Вам видней… — Еще бы. — Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю. — Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.

— Стихи хорошие, но прочли вы их скверно. — Вам видней… — Еще бы. — Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю. — Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.

— Ты знаешь, я понял, из-за чего мы с тобой разошлись: нам нужен ребёнок! — Ты хочешь, чтоб у нас был ребёнок? — Да! И как можно скорее! — Но я не могу сейчас. До конца работы ещё два часа и Калугина тут… Я не могу уйти!

— Ты знаешь, я понял, из-за чего мы с тобой разошлись: нам нужен ребёнок! — Ты хочешь, чтоб у нас был ребёнок? — Да! И как можно скорее! — Но я не могу сейчас. До конца работы ещё два часа и Калугина тут… Я не могу уйти!

— Нет, серьезно, я не знаю, о чем с ней разговаривать. — О чем-нибудь таком… интеллектуальном. Она тетка умная. — Интеллектуальном? Интеллектуальном, это можно… Только вряд ли поймет.

— Нет, серьезно, я не знаю, о чем с ней разговаривать. — О чем-нибудь таком… интеллектуальном. Она тетка умная. — Интеллектуальном? Интеллектуальном, это можно… Только вряд ли поймет.