— Нет у нас Тессаракта… сгинул в Асгарде… [Локи достает Тессаракт] Не повезло же мне с братом. — Даю тебе слово — солнце вновь воссияет над нами! — Твой оптимизм неуместен, асгардец. — Ну, во-первых, я не асгардец. А во-вторых… у нас есть Халк.

— Нет у нас Тессаракта… сгинул в Асгарде… [Локи достает Тессаракт] Не повезло же мне с братом. — Даю тебе слово — солнце вновь воссияет над нами! — Твой оптимизм неуместен, асгардец. — Ну, во-первых, я не асгардец. А во-вторых… у нас есть Халк.

— Нет у нас Тессаракта… сгинул в Асгарде… [Локи достает Тессаракт] Не повезло же мне с братом. — Даю тебе слово — солнце вновь воссияет над нами! — Твой оптимизм неуместен, асгардец. — Ну, во-первых, я не асгардец. А во-вторых… у нас есть Халк.

— Серьезно? У тебя вообще нет денег? — Цепляясь за материальное, отдаляешься от духовного. — Так и объяснишь в кафе. Повезет, получишь метафизический бутерброд. — Стой, стой, стой, стой, стой. Есть пара сотен. — Долларов? — Рупий. — А это.. — Э-э, полтора бакса.

— Серьезно? У тебя вообще нет денег? — Цепляясь за материальное, отдаляешься от духовного. — Так и объяснишь в кафе. Повезет, получишь метафизический бутерброд. — Стой, стой, стой, стой, стой. Есть пара сотен. — Долларов? — Рупий. — А это.. — Э-э, полтора бакса.

— Значит, брат помер, да? Да уж, врагу не пожелаешь. — Ему умирать не в первой. Хотя, в этом раз, похоже, все по-настоящему. — И отец твой, и сестра тоже того… — Все мертвы. — Но мама хоть есть? Жива? — Убита темным эльфом. — Лучший друг? — Сражен в битве.

— Значит, брат помер, да? Да уж, врагу не пожелаешь. — Ему умирать не в первой. Хотя, в этом раз, похоже, все по-настоящему. — И отец твой, и сестра тоже того… — Все мертвы. — Но мама хоть есть? Жива? — Убита темным эльфом. — Лучший друг? — Сражен в битве.

— Почём пушку отдашь? — Не продаётся. — А руку? [Барнс разворачивается и уходит] — Иди-иди, все равно моей будет.

— Почём пушку отдашь? — Не продаётся. — А руку? [Барнс разворачивается и уходит] — Иди-иди, все равно моей будет.